Любовь длиною в сто лет

ПРИЗРАК МАГЖАНА. Что поделаешь, Зылиха, если бог меня сотворил таким.

ЗЫЛИХА. Я знала, что ты так скажешь. Но ты разве в накладе? Умер, но в вышине остался ты. Обузу мучений на себя взвалив, плача и причитая, на долгие годы осталась я.

МАГЖАН. В здравии ли мой народ?

ЗЫЛИХА. Да, дорогой, народ твой в здравии.

МАГЖАН. Вспоминают ли меня?

ЗЫЛИХА. Еще как! Ты сейчас на устах каждого казаха. Страна давно стала независимой.

МАГЖАН. Эх, встать бы сейчас из могилы и хоть разок оглядеть родные края! Но… у меня нет могилы.

ЗЫЛИХА. Да, могилы у тебя нет. Все борцы за свободу, герои Алаша остались без могил. Молодой, но рано умерший поэт Марат Отаралиев, написал такие строки:

«Как умру, не зарывайте, можно ли меня зарыть,

Если нрав мой гордый и в могиле обнаружит прыть!».

Боготворя тебя, это молодое поколение даже не знает, куда надо идти, чтобы поклониться, возложить цветы.

МАГЖАН.  Не знают так не знают, хватит и того, что они нас из памяти не сотрут.

Тулпар ли в скачке устает,

Сапсан ли сбавит свой полет,

Их тяга к святости ведет,

Я крепко верю в молодых!

Алаш — их клич в бою, буран,

Их почитаемый Коран,

Мечтой гореть талант им дан,

Я крепко верю в молодых!

 

Я молодых предвижу путь,

Они до неба вознесут

Алаша стяг когда-нибудь.

Я крепко верю в молодых!

(перевел М.Ергалиев)

ЗЛИХА. Кстати, нашлась твоя младенческая рубаха.

МАГЖАН (прыснув со смеха). Да брось, невесть что говоришь… И каким же образом?

ЗЫЛИХА. Ее отыскала и принесла актриса театра имени СабитаМуқанова. У них там намечается постановка —  про нас двоих. Актриса будет играть мою роль и в данный момент сидит здесь.

МАГЖАН. Тогда она такая же красивая, как и ты. Вот бы  войти сейчас и увидеть ее!

ЗЫЛИХА. Хорошо, что ты не можешь увидеть! А то влюбился бы, как влюбился в Гульсим. Ну, если не Гульсим, то была же еще Жамиля.  И вообще, когда только ты не влюблялся?

МАГЖАН. Но разве я не оставил всех этих девушек ради тебя?

ЗЫЛИХА.  Однако в этом твои родственники до сих пор считают виновной меня. Один твой земляк-писатель, желая опорочить меня, опубликовал статью, где заявил «Все несчастья Магжана начались сразу после его женитьбы на Зылихе. Она увела Магжана в день его законной свадьбы». Любовь, оказывается, яд…

МАГЖАН. Любовь — колючка, злой репей,

Достигнет сердца и вонзится.

Как сердцу бедному стерпеть,

По капле кровь уже сочится.

Ту рану можно заживить,

Коль поцелуй у милой словишь,

Но коль взаимной нет любви,

То сердце заливает кровь лишь.

 

Любовь — отрава, сладкий яд,

Вкушая, сердце пьяным будет,

И даже громовой разряд

Его от хмеля не разбудит.

 

Любовь — отрава, сладкий яд,

Вкушая, сердце плакать будет,

Любовь — колючка, злой репей,

(перевел М.Ергалиев)

 

Это может понять лишь выпивший человек, Зылиха. Абай сказал «У нелюбивших жизнь пуста, таких животным уподобьте».

МАГЖАН. Актриса, которая собирается тебя играть, знает ли она что такое любовь? Была ли влюблена в кого-то, погружалась в  восторг и страдания любви? Если ничего этого не было, то пусть не старается зря.

ЗЫЛИХА. Даже не представляю… Спрошу-ка у нее самой. Госпожа актриса, ты сама-то хоть влюблялась?

МАДИНА. Зылиха-апай, Вы у меня спрашиваете?

ЗЫЛИХА. У кого же еще? Здесь никого нет, кроме тебя.

МАДИНА. Но почему?

ЗЫЛИХА. Магжан ага утверждает, что актриса, не испытавшая любви, никогда не сможет воплотиться в Баян.

МАДИНА. Я, кажется, уже докладывала, что влюблялась, до сих пор влюблена. Но это сейчас не важно. Неужели все это время  вы говорили с Магжан ага?

ЗЫЛИХА. Да. Сегодня пятница. Я каждую пятницу беседую с ним.

МАДИНА. Беседуете, правда?

ЗЫЛИХА. А что же, по-твоему, ты слышала только что?

МАДИНА. Вы говорили сами с собой.

ЗЫЛИХА. А, ты, оказывается не слышишь его голоса. Этого я не учла. (Магжану). Ну что, пророк мой, на этом сегодняшний сеанс закончен, отправляйся-ка ты в свою отсутствующую могилу и засыпай под баю-баюшки.

Не вой, буран, дожди утри,

У смерти — сладостный мотив.

Как нежат душу ее звуки!

Ах, и меня ты, смерть, баюкай,

Баюкай, смерть, и убаюкай!

(перевел М.Ергалиев)

МАДИНА. Зылиха-апай!

ЗЫЛИХА (прижимаясь к рубашке щекой). Не надо кричать, я здесь. Эту рубашку я забираю с собой  на тот свет. Может быть, мы с Магжаном, не вместившись в этой жизни,  на свете том  вместимся в эту распашонку, снова станем младенцами.

МАДИНА. «Баюкай, смерть, и убаюкай!». Да, я хорошо помню это стихотворение. Никто, кроме Магжана, не использовал такую метафору — баюкай, смерть!.

Pages: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14