К О Ш М А Р Н  Ы Й    Д Е Н Ь

Я знаю Айтуара Саттарова (смотрит в его сторону, кивает головой, как бы здороваясь) с тех самых пор, как он пришел в наш колхоз. То есть, я знаю этого товарища вот уже 15 лет. Какой же можно сделать вывод? Если говорить по совести, как настоящий, честный коммунист, я бы сказал следующее: это человек, чуждый социалистическому (В зале ропот, волнение).

ЖАНАЕВ. – Товарищи, соблюдайте тишину! Тихо, товарищи!

ОРМАНОВ. –Я целиком и полностью поддерживаю все критические замечания в адрес нашего колхоза, которые высказаны на страницах местной печати. Мало того, хочу сказать, что во всем этом виноват именно товарищ Саттаров. Персонально! Вы наверное не знаете, как решались в колхозе организационные вопросы. За последние 3-4 года все вопросы товарищ Саттаров решал единолично, с нашим мнением не считался. Именно этот стиль стал в конечном итоге причиной многих ошибок в решении кадровых вопросов. Назначая людей на руководящие посты и ответственные участки он руководствовался не деловыми, а родственными и дружескими интересами. Те, кто пытался говорить критические замечания незамедлительно снимались с работы и вынуждены были переезжать в другие районы. В результате в течение многих лет главные специалисты у нас не задерживались не только на годы, но даже на месяцы. И потому наше хозяйство стало отстающим, не рентабельным. Кроме того, товарищ Саттаров перетащил своих родственников в колхоз и выдавал им квартиры вне всякой очереди, без решения правления колхоза. И всегда выписывал им премии… Я думаю за примерами ходить далеко не надо. Они были опубликованы на страницах районной газеты. Общая сумма незаконно выплаченных премий составляет 14 тыс. 709 руб. Так разве можем мы считать, что Саттаров настоящий, честный коммунист? У всех у нас есть родственники, друзья, каждый из нас хочет помочь им, но не из государственного же кармана, не так ли? Хочу сказать еще об одном, не очень приятном факте… Саттаров и сам нечист на руку. Уверовав в свою безнаказанность, он стал путать свой карман с государственным…

(Недовольство зала растет. Ропот. Жанаев кивает Турсынову).

ТУРСЫНОВ. –Товарищи! Товарищи! Успокойтесь! Здесь никто не собирается очернить невинного. Главная задача заключается в том, чтобы в этот период гласности и демократия показать общественности истинное лицо двуличных, изворотливых людей. (Вынимает из папки бумагу). Вот акт комитета народного контроля. Подписавшие его среди нас (указывает на председателя комитета), другие сидят в зале. Мы, подписавшие этот акт, давно подозревали, что Саттаров нарушает финансовую дисциплину, присваивает себе деньги. Но нам не удавалось поймать его на этом. Недавно нам, народным контролерам удалось это дело раскрыть. Месяц назад в его сейфе были обнаружены 15 тысяч рублей. Мы составили акт, опечатали деньги… Вот, товарищи! (Из портфеля достает пачку денег, кладет ее на стол). Вот истинное лицо Саттарова!

(Зал притих. Саттаров вскочил было с места, видимо, намереваясь что-то сказать, но только махнул рукой, сел).

ТАЙМАН. –Это же подлость!

ТУРСЫНОВ. (неправильно понял адрес реплики. Вдохновенно). Да, подлость. Вы абсолютно правы!

В зале гробовая тишина.

ОРМАНОВ. – В заключение я хочу сказать, что Саттаров не имеет права оставаться в рядах нашей партии (проходит на место, садится).

(Саттаров внешне спокоен. Его вроде бы даже забавляет этот затеянный подлый спектакль).

ЖАНАЕВ. – Слово имеет бригадир полеводческой бригады Елемесов. Товарищи, прошу желающих выступить записываться…

На середину сцены выходит Елемесов.

ЕЛЕМЕСОВ. – Я лично горячо приветствую курс перестройки. Изменилось многое: повысилась ответственность каждого за работу, изменились взаимоотношения между начальством и подчиненными. Кем был раньше рядовой рабочий? Он был пешкой. А сейчас у него есть полное право разговаривать на равных не только с начальством, но им самим министром. Мы можем высказать ему свое мнение, связавшись с ним даже по телефону – вот такого права удостоился сейчас рядовой работник….

Голос из зала – и что же в этом хорошего?

Жанаев стучит по стакану.

ЕЛЕМЕСОВ. –Да, мы добились такого права! Возьмем хотя бы сегодняшнее собрание. Разве вы можете припомнить, чтобы персональное дело начальника рассматривалось в коллективе? Да нам такое только снилось.

ТАЙМАН. – Интересно, что еще ты хотел бы увидеть во сне?

ЕЛЕМЕСОВ. (Жанаеву). Я вас прошу призвать этого старика к порядку. Он никому не дает слова сказать. Молодежь молчит, а пожилой человек позволяет себе такие выходки!

ДРУГОЙ ГОЛОС. –Ладно тебе! Чего затормозил, давай, чеши! Дальше!

ЖАНАЕВ. –Товарищи, еще раз прошу соблюдать дисциплину. Кто хочет высказаться, пусть возьмет слово и организованно высказывается. (Елемесову). Продолжайте.

(Малдыбаев передает Жанаеву записку. Жанаев что-то шепчет на ухо секретарю райкома, директору, затем одобрительно кивает в зал Малдыбаеву. Тот выходит).

ЕЛЕМЕСОВ. –Вот так, товарищи! Нынешняя демократия и коренная перестройка многим и не по душе, поэтому (указывая на старика) и вызывает подобные насмешки. И это вполне понятно, новое никогда не воспринимается всеми одинаково, не всем новое нравится. На пути всегда встают обновления вот такие одиночки, они на все смотрят с недоверием. Это обстоятельство было учтено парторганизацией колхоза. Таких людей мало, но если они будут склонять на свою сторону других, то это будет расценено как агитгосударственное действие.

Pages: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17