К О Ш М А Р Н  Ы Й    Д Е Н Ь

(Жанаев встает с места)

ЖАНАЕВ. –Товарищи! Выступило 11 человек. Есть предложение пререкания прекратить. У кого какие будут предложения?

ТАЛИПОВА.–Товарищ председатель, можно задать вопрос.

ЖАНАЕВ. –Пожалуйста.

ТАЛИПОВА. –У меня вопрос к Омаровой. Даже не вопрос, а просьба.

ОМАРОВА. –Я слушаю…

ТАЛИПОВА. –Я хочу ознакомиться с письмами Саттарова, адресованными неизвестным женщинам.

ОМАРОВА.–Прямо сейчас?!

ТАЛИПОВА.–Да, сейчас. Читать личные письма как-то неудобно в отсутствие их автора.

(Омарова вынимает из сумки пачку писем, передает их Талиповой и надменно проходит на свое место. Талипова долго просматривает письма).

ТАЙМАН:–Что, так и будем сидеть? Читайте вслух, мы тоже послушаем.

ТАЛИПОВА. (взволнованно встает с места). Товарищи! Товарищи! Какой стыд?

ГОЛОСА. –Что там еще случилось?

ТАЛИПОВА. – «Я вам пишу, чего же более…» Это ведь письмо Татьяны Онегину в знаменитом переводе Абая. А вот строки из письма Меджнуна к Лейле… Снова стихи Абая. А это из песни Укили Ибрая «Гаухартас», ее поет Бибигуль Тулегенова…

ОМАРОВА. –Вот и я думала и когда это Саттаров стал поэтом? Наворовал у всех по строчке и собирался все это, не стесняясь переслать своим любовницам.

ТАЛИПОВА:–Каждый думает в меру своей испорченности. Мне стыдно за вас, товарищ Омарова! Вы уже не раз восхищались умению ценить поэзию Саттарова, и вы, хорошо знали, что все эти строки он записывал для себе, для успокоения души, как говорится. Какие прекрасные стихи!…Наш поведение… Какие противоположности!… (платком вытирает нос). Вот еще эти письма тоже состоят из отрывков известных романов и повестей. Я думаю, читать их нет смысла.

ГОЛОСА.–Не нужно, и так все ясно! Хватит!

–Какой ужас!

ТАЛИПОВА. –Ужас-то ужас. С Саттаровым, думаю, все ясно. Но меня потрясает, что наша так называемая интеллигенция не знает своей родной литературы. Меня пугает ее духовное убожества. И такие вот пустые люди являются членами партбюро! Вот в чем ужас! Я… я протестую, чтобы духовно обнищавшие люди становились членами партбюро!… Потом… Ну, хорошо… Я все сказала. Извините!.. (с трудом договорив до конца, Талипова садится на свое место)

Пауза.

ЕСЕНОВ.–Не знаю как вам, а мне очень жаль Саттарова.

ТАЛИПОВА. –Всем жаль.

ЕСЕНОВ:–Я не в том смысле, слишком уж карикатурные у него враги.

ТАЛИПОВА:–Нет, вы не правы. Они не такие уж простаки. И они враги не только одного Саттарова, они враги духовной культуры. (Волнуется, голос ее снова начинает дрожать).

ОМАРОВА.–За незнание литературы никого еще не судили. Даже с работы не снимали. Я ничего не боюсь. Это не позорней, чем торчать перед  залом со слезами на глазах. Не дай бог еще раз увидеть такое:

БАЙЖАНОВ.–Где же Саттаров?

ЖАНАЕВ. –Прошло уже на пять, а десять минут, а его все нет.

КЕРЕЕВ.–Какое хамство! Большего хамства и быть не может.

ЖАНАЕВ (Талиповой). Занесите в протокол.

ТУРСЫНОВ (глядя на Кереева). Допустим он нас не уважает, но как можно вас не уважать? Только по этому поступку можно понять, кто он такой. Вот истинное лицо!

ТАЛИПОВА.–А может что-то случилось?

БАЙЖАНОВ (Турсынову). Ладно, сходите, посмотрите. Не дай бог, что случится, потом хлопот не оберешься. (Турсынов выходит, народ волнуется, шумит). Пользуясь начавшейся суматохой, Жанаев отводит Омарову в сторону).

ЖАНАЕВ. –Слышала, что тут говорил Есенов?

ОМАРОВА. – Что ты хочешь этим сказать?

ЖАНАЕВ. – Надо взять инициативу в свои руки.

ОМАРОВА. –Как?

ЖАНАЕВ. – Сегодня же найдите человека, который смог бы переговорить с Есеновым.

ОМАРОВА. –Ну и что мы должны ему сказать?

ЖАНАЕВ. –Надо дать ему, сколько бы ни запросил. Лишь бы только замолчал.

ОМАРОВА. –Байжанов знает?

ЖАНАЕВ. –Это предложение Байжанова. Ты должна после собрания поехать в отделение, где живет Есенов, вместе с ним по дороге и поговорите. Только смотри, осторожно, как бы он на рожон не полез.

ОМАРОВА. –Попробую….Только ничего из этого не выйдет! (Входит Турсынов).

ТУРСЫНОВ. –Саттарова нигде нет.

КЕРЕЕВ. –Что? Куда он делся?!

БАЙЖАНОВ. –Выходит, наплевал на партсобрание?

ОМАРОВА. –А может он подался к мадам Батерфляй?

ТУРСЫНОВ. –В такую минуту?!

КЕРЕЕВ. –Подозрительно все это, что-то я не припомню такого случая, в нашем столетии!

БАЙЖАНОВ (Турсынову) Пошлите кого-нибудь на дом к мадам Батерфляй.

ЖАНАЕВ: –Кстати, она ведь была в зале…

ТАЛИПОВА. –Когда начали говорить о ней, она заплакала и ушла.

ЖАНАЕВ. –Черт возьми, надо что-то делать!

БАЙЖАНОВ. –Да, это собрание весь колхоз взбудоражило. Чего ходить-то, попробуйте позвонить.

ТУРСЫНОВ.–У нее нет телефона.

БАЙЖАНОВ. –У кого-то из соседей есть!

ТАЛИПОВА. –Я живу рядом. Сейчас попробую… (подходит к телефону, быстро набирает номер) Алло! Алмушка! Сходи быстренько к Бике-апай, узнай, кто у нее дома. (Пауза, все ждут). Никого? Куда ушла? Что? Когда? Час назад? На чьей машине? Не сказала, куда? Что? Фигу?.. А, фикус! Фикусы тебе подарила, да? Ладно, хорошо! Президиум насторожен. (испуганная Талипова подходит к ним). –Бике апай час назад уехала.

Pages: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17